Дворянство Российской империи
Головиным и Мясоедовым, а также Грязновым, Карачаровым, Кареевым, кн. Мещерским, кн. Рюриковичам, Сипягиным, Струйским, Сушковым, Тютчевым, Яминским и многим другим благородным предкам моим посвящается.

Лео Головин, магистр политических наук

 

В поисках утраченных Романовых: о престолонаследии в России

Проблема престолонаследия в России рассматривалась за последние сто лет уже несколько раз. Но учитывая, что широкая публика не читает специализированных трудов и не знает разных исторических фактов и юридических аспектов, связанных с престолонаследием, которые известны лишь специалистам в области конституционного права (которым автор занимался много лет), было решено написать эту статью.

Вопрос о правах на престол т.н. «Кирилловичей» (потомков Вел. Кн. Кирилла Владимировича) был в действительности окончательно решён уже более века назад последним царствовавшим монархом, Николаем II, однако совершенно очевидно, что не все понимают суть вопроса, и приходится в очередной раз возобновлять дискуссию.

Оговорюсь: ничего принципиально нового в этой статье нет (и быть не может), поскольку тема уже довольно хорошо изучена. И можно задаться правомерным вопросом: зачем же тогда нужна очередная статья на эту тему?

Она нужна, во-первых, потому что сайт Дворянство.ру, как один из основных сайтов о русском дворянстве, по определению не мог остаться в стороне от этой дискуссии. Во-вторых, подавляющее большинство статей на эту тему, которые неопытный читатель находит сегодня в открытом доступе, недостаточно объективны, поскольку либо являются апологетикой Кирилловичей и выражением их позиций без достаточно критичного рассмотрения их аргументации, либо носят откровенно черносотенный характер – Кирилловичей обвиняют в связях и с Ватиканом, и с масонством, и с «мировым еврейством», и с нацистами, а также в предательстве последнего монарха, в согласии на декоративную монархию и проч. Таким образом, за более чем столетие, в течение которого поднимался данный вопрос, был сформулирован ряд аргументов самого разного свойства, в том числе, не всегда порядочных и приемлемых. Например, напоминается о поддержке нацистов Вел. Кн. Кириллом Владимировичем и его женой, о дружбе их сына Вел. Кн. Владимира Кирилловича и его жены с диктатором Франко, или о якобы еврейском происхождении его бабушки и проч. Также указывается на ряд интересных исторических деталей, таких как реальное или мнимое[1] предательство Вел. Кн. Кириллом Владимировичем своего кузена и монарха Николая II, или обещание, данное им Ватикану, о введении в России унии в случае своего воцарения, что приводится в качестве аргументов против его легитимности как претендента на престол.

Таким образом, политические аргументы (пусть порой и весомые для многих россиян) перемешиваются с аргументами юридическими, которые, в свою очередь, зачастую лишены необходимой строгости и объективности в анализе ситуации. Так, противники Кирилловичей часто приводят письменное «отречение» самого Вел. Кн. Кирилла Владимировича – «отречение», сформулированное крайне нечётко и подписанное в весьма своеобразных обстоятельствах, – тогда как такой важный государственный акт, как отречение от прав на престолонаследие, согласно Основным законам Российской империи[2], должен был быть совершён при соблюдении ряда формальных условий (к тому же любые документы, полученные под давлением или угрозой, юридически недействительны). Вместе с тем, даже среди тех, кто отвергает претензии Кирилловичей на основании юридических аргументов, очень многие неверно трактуют Основные законы (например, не все осознают, что причиной лишения в 1919 г. Вел. Кн. Бориса Владимировича права на престолонаследие явился брак на разведённой, вопреки церковным канонам, а вовсе не морганатический характер его брака – как будет показано далее, лишь потомство от такого брака лишалось права на престолонаследие, но не само лицо)[3].

При анализе вопросов, связанных с порядком престолонаследия, установившимся после принятия Акта о престолонаследии императором Павлом I (1797 г.), многие пытаются оперировать различными историческими прецедентами, имевшими место в древности или в XVIII веке, тогда как Акт Павла I как раз и был принят, чтобы исключить возможность повторения проблем, которые возникали в прошлом. Наконец, есть и такие, кто пытается привести в пример того или иного члена семьи Романовых, который «не был лишён права на престол»[4] (с целью представить аналогичные или схожие нарушения иных лиц, как второстепенные и приемлемые), тогда как Основные законы вовсе не предусматривали подобной санкции, но при потенциальном венчании на царство рассматривалось соответствие того или иного наследника различным критериям, о которых ниже.  

По всем этим причинам автор решил осветить проблему ещё раз, сведя воедино все сугубо юридические аспекты[5], затрагивая религиозные лишь в той степени, в какой на них ссылаются Основные законы Российской империи на момент «отречения»[6] Николая II в марте 1917 г., и не рассматривая никакие другие. Представляется, что дискуссию надо очистить от нерелевантных аспектов, сосредоточившись лишь на тех, что по-настоящему важны.

Автору пришлось потратить немало времени, чтобы, помимо собственно юридического анализа Основных законов Российской империи, изучить точки зрения различных авторов, писавших на эту тему за последние 100 лет, углубиться в детали, объективно и непредвзято рассмотреть все мнения оппонентов (включая ангажированных и явно пристрастных), прочесть их книги и статьи, проанализировать все аргументы и ответить на всё это в настоящей статье.

В предлагаемой статье автор излагает краткую историю и правила престолонаследия в России; затем приводит полный список агнатов после 1917 г.; далее показывает, как бы переходил гипотетический российский трон после 1917 г. по различным версиям; и, наконец, рассматривает, как можно выйти из очевидного тупика при желании восстановить монархию в России.

Автор глубоко признателен своей маме Екатерине Головиной, своей жене Мари-Жо Головин, своим друзьям и родственникам Виктору Желтову, Юлии Кракович-Красовской, Дарье Лотаревой, Ирине Паровышник, Лоре Сифуровой и Ольге Трапезниковой за ценные советы и помощь в подготовке настоящей статьи.

 

 

Общие примечания:

  1. Кроме титулов Вел. Кн./Кнг./Кнж. и Кн./Кнж. крови имп., заглавные буквы использовались только в цитатах, когда так стоит в оригинале (Престол, Император, Империя и т.п.).
  2. Члены императорского дома приводятся всегда с соответствующим титулом и с именем-отчеством, поскольку фамилии у них до 1917 г. не было. Их потомки, рождённые уже после падения монархии, приводятся с той фамилией, которую реально носили (носят) в эмиграции в разных странах, в которых жили (живут), и с простым титулом князя или княжны, поскольку прав на титул Кн./Кнж. крови имп. (и тем более, Вел. Кн./Кнг./Кнж.) родившиеся от морганатического брака не имели[7], а равнородных браков после 1917 г. никто из членов дома Романовых не заключил.
  3. Цитаты приводятся с указанием на источник по Кембриджской системе так: «Автор, год: номер страницы». Все источники приведены в библиографии.

 

Читать дальше              Вернуться в начало              PDF версия

 

Содержание

Предисловие

Введение

I. Престолонаследие в России

II. Члены императорской фамилии после 1917 г.

III. Полный список агнатов на период после 1917 г.

IV. Как бы наследовался престол после 1917 г. по различным версиям

V. Как можно выйти из тупика при желании реставрировать монархию

Заключение

Использованная литература

Приложения


[1] Историкам ещё предстоит решить этот неясный и весьма интересный вопрос: свидетельств в защиту как одной, так и другой позиции хватает, и до сих пор этим вопросом занимались, видимо, лишь дилетанты, но не серьёзные профессиональные историки, работающие с документами.

[2] «Свод Основных Государственных Законов» – часть российского законодательства, посвящённая государственному устройству. Ею открывался Свод Законов Российской империи, составленный в 1832 г. комиссией под руководством М.М. Сперанского (с последующими неоднократными переизданиями). В Свод Основных Государственных Законов, ставший по итогам глубокой реформы 1905-1906 гг. фактически конституцией Российской империи, входило в его последней редакции 223 статьи: раздел первый («Основные Государственные Законы») включал 124 статьи в 11 главах, а раздел второй («Учреждение о Императорской Фамилии») включал 99 статей в 6 главах. Статьи, касающиеся престолонаследия, входят в главу вторую первого раздела («О порядке наследия Престола»), главу седьмую первого раздела («О вере») и различные главы второго раздела. Отметим, что второй раздел мог быть изменён только самим монархом, причём единолично, тогда как пересмотр статей первого раздела требовал участия обеих палат парламента – Государственного Совета и Государственной Думы.

[3] Так, очень много юридических ошибок допущено в попытке реконструкции порядка престолонаследия в статье г‑на Шевякова, который, с одной стороны, совершенно правильно отмёл все «права» на престолонаследие Кирилловичей, но при этом чересчур поверхностно рассмотрел Основные законы, см. Шевяков 2015. Приведённый пример с Вел. Кн. Борисом Владимировичем взят из его работы. Отметим, однако, эту его статью как довольно редкий и интересный пример попытки реконструировать последовательность легитимной передачи престола (пусть и с ошибками), а не просто как очередное опровержение аргументации Кирилловичей или попытку продвинуть какого-либо конкретного кандидата на гипотетический престол.

[4] Нпрм., г-н Алексеев в своей книге о престолонаследии (Алексеев 2012) многократно подчёркивает, что тот или иной член семьи Романовых «не был лишён прав на престол». Но ведь вопрос так никогда не мог стоять в принципе, и лишиться прав на престол (если они были по праву рождения) было возможно исключительно в результате собственного отречения от них или вследствие каких-либо допущенных нарушений, но не по решению кого бы то ни было.

[5] Тем не менее, стоит остерегаться и чрезмерно буквального прочтения Основных законов Российской империи в области престолонаследия: сформулированы они были далеко не всегда безупречно; кроме того, крайне важно понимать и их дух. Как верно писал ещё в 1924 г. приват-доцент Зызыкин, «вопросы престолонаследия настолько связаны с общими понятиями, которые вкладываются в представление о государственной власти, и настолько ими обусловлены, что многие правила Основ. Законов становятся понятными только в связи с политико-философскими представлениями создавшей их эпохи» (Зызыкин 1924: 16-17).

[6] Кавычки стоят тут потому, что никакого отречения Николая II, со строго юридической точки зрения, вообще не было, см. ниже.

[7] С точки зрения законодательства Российской империи, они не имели права ни на титул отцов, ни даже на фамилию «Романовы» (в подобных случаях до 1917 г. им давали новые фамилию и титул – именно так возникли гр. Брасов, кн. Палей, светл. кн. Юрьевские, и т.п.). Но понятно, что, проживая за рубежом и имея отцов-Романовых (Вел. Князей и Князей крови имп.), эти лица получали по законам разных стран ту же фамилию, и представляется затруднительным в этих условиях не признавать за ними из минимальной вежливости княжеский титул их отцов (но не титул Вел. Кн./Кнж. или Кн./Кнж. крови имп., которые могли принадлежать только членам императорской фамилии, рождённым в равнородных браках), поскольку до 1917 г. они бы однозначно получили какой-либо титул (но уж точно не фамилию «Романов»).

Комментарии
© 2011-2021 Лео Головин / Léo Golovine — Все права защищены / Tous droits réservés / All rights reserved